Скитания Чародея [ = Чародей в скитаниях ] - Кристофер Сташеф

— Но до такой степени, чтобы даже не замечать, что женщина это женщина? — в шоке уставилась на него Шорнуа.

— О, он это замечает, спору нет, но игнорирует это.

— Даже до такой степени, что не реагирует как мужчина?

— Что я вам могу сказать? — пожал плечами Йорик. — Такое возможно. Но у вольмаков-то культура неиндустриальная, она племенная, с самой элементарной технологией, сосредоточенной на цельности и индивидуальности.

Они рассматривают все как переплетенные друг с другом в одну великую большую конфигурацию, а секс как естественную часть жизни, точно такую же, как и все другие части. В подобной культуре чувства и мысли, естественно переплетаются. Одно приводит к другому, в бесконечном круговороте.

Род поджал губы.

— Ты пытаешься мне сказать, что Хван реагировал не так, как положено истинному племенному вождю?

Йорик стоял, не двигаясь, разинув рот. А затем с досадой закрыл его.

— Ну да, что-то вроде того. Верно.

— Ну, я б сказал, что ты попал в точку. Но в поведении этого парня есть что-то действительно беспокоящее меня, — он нахмурил лоб, глядя в пространство, несколько минут переживая про себя эту мысль, а затем, со вздохом, пожал плечами. — Не могу усечь что именно.

— Не гони лошадей, — посоветовал Йорик. — Это придет само собой.

— Несомненно, притащив за собой целую повесть.

На верху лестницы хлопнула дверь, и Род очутился на ногах, положив руку на кинжал.

— Нет, милорд, — положила ему ладонь на предплечье Гвен. — То скорее друг, чем враг.

На лестнице появились марширующие вниз сапоги с заправленными в них свободными зелеными брюками. Потом появился белый фартук, натянутый на массивный живот, потом бочкообразная грудь и бычьи плечи, с сидящим на них улыбающимся лицом. Чолли, с огромным подносом в руках, заваленном кучей горячих блюд, над которыми подымался пар.

— Думал, вы, возможно, захотите перекусить. В конце концов, солнце вот-вот взойдет.

— А с ним придет и наше время? — Род протянул руку помочь забрать поднос.

— Но, но! Руки! — Чолли поднял поднос за пределы его досягаемости. — Нельзя доверять подобные вещи жалким дилетантам, знаете ли! Садитесь, садитесь! В деле удовольствия от еды сервис значит ни чуть не меньше, чем кухня.

Род поднял руки, выставив ладони вперед.

— Невиновен, шериф, — и сел.

— Вот! Так чуть лучше, — Чолли пинком выдвинул ящик на середину круга, поставил на него поднос, затем взял тарелки и принялся накладывать на них яйца с сосисками, горячую сдобу, поджаренный хлеб, бифштекс и жаренную картошку.

— Яйца эти пока от местной птицы, а не от средней земной курицы. Но птица хорошая и гордится своей работой. Да и холестерина в них меньше, — он поставил тарелку на колени Йорику. — А кем был бифштекс в своем предыдущем воплощении, я вам рассказывать не буду. Просто расслабьтесь и наслаждайтесь им.

— Хороший, однако, — промямлил Йорик с полным ртом.

Род настороженно поглядел на сосиски, когда те миновали его, доставшись Шорнуа.

— А что в целлофане?

— Свинина, — Чолли наложил тарелку и ему. — Ничего кроме старой доброй свинины, майор. Где находишь людей, там находишь и свиней. А почему бы и нет? — он передал тарелку Роду и принялся накладывать еще одну. — Они вкусные, занимают мало места и жиреют, питаясь вашими отбросами. Что с того, что они ленивы и дурного нрава? Дай им только немного грязи и они будут довольны, — он поставил тарелку перед Гвен и повернулся обслужить Йорика и Шорнуа, но обнаружил, что они уже сами себя обслужили, пока он не смотрел на них. — Увы и ах! — вздохнул он и сложил руки на груди, глядя как Гэллоугласы с энтузиазмом приступили к трапезе. — А, мое старческое сердце радуется глядя на молодых, уписывающих за обе щеки!

— Сам-то в лучшем случае на несколько лет старше нас, — промямлил Род с набитым ртом.

— Не бейся об заклад по этому поводу, мальчуган, — погрозил ему указательным пальцем Чолли. — Мне все пятьдесят.

— Да он же на десять лет старше меня! — весело сказала Гвен.

— Положительно древний старец, — согласился Род. — Но готовит он хорошо, и мы не будем ставить это ему в вину.

— Как вам будет угодно, а у меня сердце радуется при виде людей, получающих удовольствие от моей стряпни, — но лицо Чолли сморщилось от нахмуренности. — Вы кажетесь безусловно беззаботной парочкой, так ведь?

— Что? — удивленно поднял взгляд Род. — А!.. Просто потому что мы кажемся не особенно встревоженными? — он пожал плечами и вернулся к тарелке. — Верно, не особенно.

— С чего бы нам тревожиться? — сделала большие глаза Гвен.

— Ну... — деликатно кашлянул в кулак Чолли. — Есть ведь такая мелочь, как миллион с чем-то буйных дикарей, жаждущих вашей крови.

— Он так клинически все описывает, не правда ли?

— Да, милорд. Сухо и без всяких чувств.

— Вас это не тревожит, — Чолли чуть наклонил голову в их сторону, подняв брови.

— С какой стати? — покачал головой Род. — Мы всегда можем сбежать.

— Мы превосходно умеем быстро исчезать, — подтвердила Гвен. — Нужно лишь дождаться подходящего случая.

Чолли похоже поразился.

— Тогда почему же вы не сбежите прямо сейчас?

— Не хотим создавать инцидент, — покачал головой Род.

— Когда мы отбываем, то предпочитаем не оставлять после себя войну, — кивнула Гвен.

— Я имею в виду, — объяснил Род, — если мы не явимся на тот суд, то как это скажется на политике сближения вольмаков с колонистами?

Чолли на мгновение застыл, гладя в пространство. А затем сказал:

— Довод хороший, и хорошо что вам не наплевать на это. Но разве вам не следует и о себе немного позаботиться?

— Мы заботимся, — заверила его Гвен.

— Мы говорим вполне серьезно. Если станет совсем худо, мы можем исчезнуть, смыться. Но все равно, останется маленькая проблема с тем, как убраться с этой планеты, — объяснил Род.

Чолли перенес весь вес на одну ногу, почесывая себя там, где у него прежде были бакенбарды.

— Да. С этим есть некоторые трудности. Вот потому-то и сделали тюрьмой всю планету, коль уже вы упомянули об этом. Само собой здесь, на Вольмаре, хватает мест, где можно спрятаться, в горах есть иные края, куда даже вольмаки не трудятся забредать, но где дичи хватает на пропитание одному лишь мужу с женой, а может даже и семье.

Гвен сглотнула:

— Нет. Дело тут как раз в семье, именно так, как вы речете. Понимаете, мне обязательно нужно вернуться к ним.

Чолли лишь глядел на нее, призадумавшись, оттопырив нижнюю губу.